Главная

 

‘Ата ибн Абу Рабах

‘Амир ибн ‘Абдаллах ат-Тамими

‘Урва ибн аз-Зубайр

Ар-Раби‘ ибн Хусайм

Ияс ибн Му‘авия аль-Музани

‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз и его сын ‘Абд-аль-Малик

Аль-Хасан аль-Басри

Судья Шурайх

Мухаммад ибн Сирин

Раби‘а-ар-райй

Раджа’ ибн Хайва

‘Амир ибн Шурахбиль аш-Ша‘би

Саляма ибн Динар (Абу Хазим аль-А‘радж)

Са‘ид ибн аль-Мусайяб

Са‘ид ибн Джубайр

Мухаммад ибн Васи‘ аль-Азди: предводитель равнодушных к мирским благам в свою эпоху

Мухаммад ибн Васи‘ аль-Азди: украшение факихов

‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз: замечательные эпизоды из его жизни

Мухаммад ибн аль-Ханафийя (сын ‘Али ибн Абу Талиба)

Тавус ибн Кейсан: история с наместником

Тавус ибн Кейсан: наставник

Аль-Касим ибн Мухаммад ибн Абу Бакр

Сыля ибн Ашьям аль-‘Адви

‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз: три эпизода из его жизни

‘Али ибн аль-Хусейн ибн ‘Али (Зейн-аль-‘Абидин)

‘Абдаллах ибн Суваб (Абу Муслим аль-Хауляни)

Салим, сын ‘Абдаллаха ибн ‘Умара (внук ‘Умара ибн аль-Хаттаба)

Салим ибн ‘Абдаллах ибн ‘Умар: деятельный учёный

‘Абд-ар-Рахман аль-Гафики: правитель Андалусии

‘Абд-ар-Рахман аль-Гафики: герой битвы Балят аш-шухада

Негус (Асхама ибн Абджар)

Руфай‘ ибн Михран Абу аль-‘Алия

Аль-Ахнаф ибн Кайс: предводитель бану Тамим

Аль-Ахнаф ибн Кайс: ученик аль-Фарука

Абу Ханифа ан-Ну‘ман: четыре эпизода из его жизни

Абу Ханифа ан-Ну‘ман: его одарённость и выдающийся ум

Раджа’ ибн Хайва

Поистине, в Кинде были три человека, благодаря которым Аллах посылал дождь и помогал против врагов… Одним из них был Раджа’ ибн Хайва.

Масляма ибн ‘Абд-аль-Малик

Были в Кинде в век последователей сподвижников трое мужчин, подобных которым их современники не знали. Как будто они встретились в день назначенный и завещали друг другу истину и терпение и договорились придерживаться блага и благочестия и посвятили свою жизнь богобоязненности и знанию. А также служению Аллаху и Его Посланнику, а также простым верующим и влиятельным из их числа.

Это Мухаммад ибн Сирин в Ираке, аль-Касим ибн Мухаммад ибн Абу Бакр в Хиджазе и Раджа’ ибн Хайва в Шаме.

Давайте же проведём эти благодатные мгновения в обществе одного из этих прекрасных, благочестивых людей. Это Раджа’ ибн Хайва.

* * *

Раджа’ ибн Хайва родился в Бисане на территории Палестины в конце правления ‘Усмана ибн ‘Аффана. Точная дата его рождения неизвестна. Раджа’ относился к арабскому племени Кинда. Таким образом, Раджа’ был палестинским арабом из племени Кинда.

* * *

Юноша из Кинды с младых ногтей воспитывался в покорности Аллаху. Аллах любил его и внушил Своим творениям любовь к нему.

Раджа’ рано начал приобретать знания. Сердце его было прекрасной почвой для полезного знания, и в нём было достаточно места, которое быстро заполнилось знанием, которое прочно закрепилось в нём.

Главной его заботой было тщательное изучение Книги Аллаха и хадисов Посланника Аллаха (мир ему и благословение Аллаха). Разум его озарился светом Корана, а пророческое руководство сняло пелену с его внутреннего взора. Грудь его наполнилась наставлениями и мудростью. А кому дарована мудрость, тому даровано великое благо.

Ему посчастливилось застать многих благородных сподвижников, в том числе Абу Са‘ида аль-Худри, Абу ад-Дарда, Му‘авию ибн Абу Суфьяна, ‘Абдаллаха ибн ‘Амра ибн аль-‘Аса, ан-Навваса ибн Сам‘ана и других. Они стали для него светочами истинного пути и факелами знания.

* * *

Юноша создал для себя свод принципов, которые повторял и которым следовал до конца жизни.

Он говорил:

— Что прекраснее ислама, украшенного верой! И что прекраснее веры, украшенной богобоязненностью! И что прекраснее богобоязненности, украшенной знанием! И что прекраснее знания, украшенного деянием! И что прекраснее деяния, украшенного мягкостью!..

* * *

Раджа’ ибн Хайва был визирем при нескольких халифах из династии Омейядов, начиная с ‘Абд-аль-Малика ибн Мервана и заканчивая ‘Умаром ибн ‘Абд-аль-‘Азизом.

Однако с Сулейманом ибн ‘Абд-аль-Маликом и ‘Умаром ибн ‘Абд-аль-‘Азизом у него была более тесная связь, чем с предыдущими халифами.

Сердца омейядских халифов привязались к Раджа’ из-за взвешенности и обоснованности его мнений, его чистосердечия, искренности его намерений и его мудрого подхода к любым вопросам. И наконец, всё это венчало равнодушие к сосредоточенным в руках халифов мирским благам, за которыми охотились очень многие.

* * *

Связь Раджа’ с омейядскими халифами стала для них великой милостью и почётом от Всевышнего. Он призывал их к благу и указывал им на пути, ведущие к нему.

И он удерживал их от зла и закрывал перед ними его двери.

И он показывал им истину и побуждал их следовать ей.

И он указывал им на ложное и предостерегал их от следования ему.

И он проявлял чистосердечие по отношению к Всевышнему Аллаху, Его Посланнику, предводителям мусульман и простым мусульманам.

С Раджа’ случилась история, которая осветила ему путь в его отношениях с халифами и чётко обозначила его задачу в общении с ними. Он сам рассказывал эту историю:

— Однажды я стоял с Сулейманом ибн ‘Абд-аль-Маликом в окружении множества людей и вдруг увидел человека, который направлялся к нам сквозь толпу. У него была благородная наружность. И я не сомневался, что он идёт к халифу. Оказавшись напротив меня, он подошёл. Встал рядом со мной, после чего поприветствовал меня и сказал: «О Раджа’! Поистине, этот человек — твоё испытание». Сказав это, он указал на халифа, а затем продолжил: «В близости к нему много блага и много зла. Сделай же свою близость к нему благом для тебя и для людей. И знай, о Раджа’, что занимающий достойное место при султане и передающий халифу просьбы слабых людей, не имеющих возможности обратиться к нему с этой просьбой самостоятельно, встретит Всевышнего Аллаха для расчёта лёгкого. Помни, о Раджа’, о том, что Аллах помогает тому, кто помогает своему брату-мусульманину. И знай, о Раджа’, что одно из самых любимых дел для Всевышнего Аллаха — доставлять радость сердцу мусульманина». И пока я размышлял о его словах в ожидании продолжения его речи, халиф позвал: «Где Раджа’ ибн Хайва?» Я приблизился к нему и сказал: «Вот он я, о повелитель верующих». И он задал мне какой-то вопрос. Ответив ему, я повернулся к тому человеку, дававшему мне наставление, но никого не обнаружил. Я обыскал всё, но так и не смог найти никаких следов того наставника…

* * *

В жизни Раджа’ было немало историй, главными героями которых были помимо него омейядские халифы. Рассказы о его поступках остались на страницах истории, и они передаются из поколения в поколение.

Так, рассказывают, что однажды он был на собрании ‘Абд-аль-Малика ибн Мервана, и халифу рассказали об одном человеке, питающем злобу к Омейядам. Ему сказали:

— Он поддерживает ‘Абдаллаха ибн аз-Зубайра и помогает ему…

И доносчик рассказал ему о словах и делах того человека достаточно, чтобы разгневать халифа, и он сказал:

— Клянусь Аллахом, если я доберусь до него, то сделаю с ним то-то и то-то! И я обязательно отрублю ему голову!

И очень скоро Аллах предал этого человека в руки халифа и его привели к нему.

Халиф был вне себя от гнева и уже собирался исполнить свою угрозу. Но Раджа’ ибн Хайва поднялся и сказал:

— О повелитель верующих! Поистине, Всевышний Аллах сделал для тебя то, чего ты желал, предав его в твои руки. А теперь сделай для Аллаха то, что Он любит, — прости этого человека.

И гнев халифа улёгся. Он простил этого человека, отпустил его и оказал ему благодеяние.

* * *

В 91 году хиджры аль-Валид ибн ‘Абд-аль-Малик совершил хадж. Его сопровождал Раджа’ ибн Хайва. Добравшись до Медины, они посетили мечеть Пророка. Их сопровождал ‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз.

Халиф изъявил желание расширить мечеть и сделать её шириной в двести локтей. Людям велели выйти из мечети, чтобы халиф мог внимательно осмотреть её.

В мечети не осталось никого, кроме Са‘ида ибн аль-Мусайяба, которого стража не посмела выгнать.

‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз, который в то время был правителем Медины, послал к нему гонца, который сказал:

— Было бы хорошо, если бы ты вышел из мечети, как и все остальные люди.

Са‘ид ибн аль-Мусайяб ответил:

— Я не покину мечеть до наступления времени, в которое я покидаю её каждый день.

Ему сказали:

— Ты бы встал и поприветствовал повелителя верующих.

Са‘ид ответил:

— Я пришёл сюда, чтобы стоять пред Господом миров.

Когда гонец передал ему слова Са‘ида, ‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз, показывая халифу мечеть, старался не подводить его к тому месту, где сидел Са‘ид. А Раджа’ старался занять его разговором, зная о вспыльчивости халифа.

Но в конце концов аль-Валид всё-таки спросил их:

— Кто этот шейх? Разве это не Са‘ид ибн аль-Мусайяб?

Они ответили:

— Да, это он, о повелитель верующих.

И стали рассказывать халифу о его религии, знании, достоинствах и богобоязненности. Рассказав ему немало, они сказали:

— Если бы старец увидел, что здесь повелитель верующих, он, конечно, поднялся бы и поприветствовал его. Однако у него очень слабое зрение.

Аль-Валид сказал:

— Я знаю, что он действительно таков, как вы сказали, и он имеет больше прав на то, чтобы мы сами подошли к нему и поприветствовали его.

И он подошёл к Са‘иду и, остановившись перед ним, поприветствовал его и спросил:

— Как поживает шейх?

Са‘ид ответил, не поднявшись со своего места:

— По милости Аллаха и Ему принадлежит хвала и благо… А как поживает повелитель верующих, да поможет ему Аллах в том, что Он любит и чем Он доволен?..

И аль-Валид ушёл со словами:

— Это последние из настоящих людей. Последние из праведных предшественников в этой общине…

* * *

Когда власть перешла к Сулейману ибн ‘Абд-аль-Малику, Раджа’ ибн Хайва занимал при нём даже более почётное место, чем при его предшественниках. Сулейман доверял ему и полагался на него и старался следовать его мнению и в важных, и в незначительных вопросах.

Известно много историй, главными героями которых были Раджа’ ибн Хайва и Сулейман ибн ‘Абд-аль-Малик. Но, пожалуй, самым важным для ислама и мусульман деянием Раджа’ в эпоху халифа Сулеймана стало его отношение к передаче власти по наследству и роль, которую он сыграл в присяге людей ‘Умару ибн ‘Абд-аль-‘Азизу.

* * *

Раджа’ ибн Хайва рассказывал:

— В первую пятницу месяца сафар 99 года хиджры мы были вместе с повелителем верующих Сулейманом ибн ‘Абд-аль-Маликом в Дабике. А он послал огромное войско к Константинополю под командованием его брата Маслямы ибн ‘Абд-аль-Малика. Вместе с ним был его сын Дауд и много его родственников. Он поклялся не покидать Мардж Дабик, пока Аллах не предаст Константинополь в его руки или пока он сам не умрёт.

Незадолго до пятничной молитвы халиф совершил малое омовение самым тщательным образом, затем облачился в зелёное одеяние и надел зелёную чалму. После этого он взглянул на себя в зеркало взглядом человека, довольного своим внешним видом и своей молодостью. Ему тогда было всего около сорока лет.

Затем он вышел, чтобы совершить молитву с людьми. А вернулся из мечети он уже с горячкой.

В следующие дни болезнь только усилилась. Он попросил меня быть возле него. Однажды я зашёл к нему и обнаружил, что он что-то пишет. Я спросил: «Что ты делаешь, о повелитель верующих?» Он ответил: «Завещаю власть своему сыну Айюбу». Я сказал: «О повелитель верующих. Среди того, что оберегает халифа в могиле и очищает его совесть перед Господом, — назначение им своим преемником праведного человека. А твой сын Айюб — мальчик, не достигший совершеннолетия, и ты не можешь определить, праведным он будет или нет».

Тогда он изменил своё решение: «Это всего лишь написанное мною. Я хочу обратиться к Господу моему, чтобы Он указал мне правильное решение. У меня не было решительного намерения…» И он порвал написанное. Спустя день или два он позвал меня и сказал: «Что ты думаешь о моём сыне Дауде, о Абу аль-Микдам?» Я ответил: «Он отправился вместе с войском в Константинополь, и ты не знаешь даже, жив он или нет…» Он спросил: «Кого бы ты предложил, о Раджа’?» Я ответил: «Решение за тобой, повелитель верующих». Я хотел посмотреть, кого он назовёт, чтобы отвергнуть их одного за другим, пока он не назовёт ‘Умара ибн ‘Абд-аль-‘Азиза. Он спросил: «Что ты думаешь об ‘Умаре ибн ‘Абд-аль-‘Азизе?» Я ответил: «Клянусь Аллахом, я знаю его как человека достойного, безупречного, разумного, набожного…» Он сказал: «Ты прав. Клянусь Аллахом, он такой и есть… Но если я назначу своим преемником его и оставлю ни с чем детей ‘Абд-аль-Малика, то будет смута. Они никогда не позволят ему править собой». Я сказал: «Что ж, привлеки одного из них к участию: назначь его преемником ‘Умара». Халиф сказал: «Ты прав. Это успокоит их. И они удовольствуются и примут его». Потом он взял бумагу и написал своей рукой: «С именем Аллаха Милостивого, Милосердного! Это послание раба Аллаха Сулеймана ибн ‘Абд-аль-Малика, повелителя верующих, ‘Умару ибн ‘Абд-аль-‘Азизу. Я назначаю тебя своим преемником и назначаю твоим преемником Язида ибн ‘Абд-аль-Малика. Слушайте меня и повинуйтесь, и бойтесь Аллаха и не разделяйтесь. А иначе коварные и корыстные люди захотят одолеть вас…» Закончив писать, он вручил мне послание. Затем он послал за Ка‘бом ибн Хамизом, начальником стражи, и сказал ему: «Вели моим родным собраться и сообщи им, что послание, которое у Раджа’ ибн Хайвы, написано моей рукой, и вели им присягнуть тому, кто упомянут в этом послании». Когда они собрались, я сказал им: «Это послание повелителя верующих. Он назначил своего преемника и велел мне принять вашу присягу тому, кого он назначил». Они сказали: «Слушаемся и повинуемся повелителю верующих. И мы обещаем быть покорными его преемнику». После этого они велели мне попросить у повелителя верующих разрешения зайти к нему и попрощаться с ним. Я сказал: «Хорошо».

Когда они вошли к нему, он сказал им: «Поистине, это послание, которое держит в руках Раджа’ ибн Хайва, написано моей рукой. Это мой завет моему преемнику. Слушайтесь и повинуйтесь тому, кого я назначил, и присягните тому, кто упомянут в этом послании».

И они присягнули друг за другом. Потом я вышел с запечатанным посланием, содержание которого было известно только мне и повелителю верующих.

Когда люди разошлись, ‘Умар ибн ‘Абд-аль-‘Азиз пришёл ко мне и сказал: «О Абу аль-Микдам! Поистине, повелитель верующих хорошего мнения обо мне, и он сделал мне много добра и неоднократно выказывал своё расположение ко мне… И я боюсь, что он поручил мне что-то из этого дела. И я заклинаю тебя Аллахом и прошу тебя ради нашей дружбы: есть ли в послании повелителя верующих что-то касающееся меня, чтобы я успел попросить его освободить меня от этой ответственности, пока не поздно?» Я ответил: «Нет, клянусь Аллахом, я не сообщу тебе ни одной буквы из того, о чём ты спрашиваешь!» И он ушёл, гневаясь на меня. Потом ко мне подошёл Хишам ибн ‘Абд-аль-Малик и сказал: «О Абу аль-Микдам! Я знаю о твоём многолетнем уважении и любви ко мне. И я буду очень благодарен тебе, если ты сообщишь мне о том, что в послании повелителя верующих. И если он назначил своим преемником меня, то я промолчу, а если он назначил другого, то я будут говорить, потому что подобного мне не отстраняют от такого дела! И я клянусь тебе Аллахом, что не стану упоминать твоё имя». Я сказал ему: «Нет, клянусь Аллахом, я не сообщу тебе ни одной буквы из того, что доверил мне повелитель верующих». И он ушёл, ударяя рукой о руку и восклицая: «Кому же будет поручено это дело, если меня отодвинут в сторону? Неужели власть уйдёт от детей ‘Абд-аль-Малика? Клянусь Аллахом, ведь я лучший из детей ‘Абд-аль-Малика!» Потом я зашёл к халифу, который уже лежал при смерти. Как только мне начинало казаться, что душа вот-вот покинет его тело, я поворачивал его в сторону киблы. Но он говорил: «Ещё не время, Раджа’…» Я проделал это дважды, а на третий он сказал: «Сейчас, Раджа’… Если хочешь что-то сделать, то делай… Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха». Я повернул его в сторону киблы, и очень скоро он скончался.

Тогда я закрыл ему глаза, прикрыл его зелёным покрывалом и вышел, закрыв за собой дверь. Его жена послала ко мне кого-то, спрашивая о халифе и изъявляя желание увидеть его. Я приоткрыл дверь и сказал её посланцу: «Посмотри на него, он наконец-то уснул после долгого бодрствования. Оставьте его». Посланец вернулся к ней и сообщил ей, и она поверила, что он действительно уснул.

После этого я запер дверь, посадил возле неё стражника, которому доверял, и велел ему не двигаться с места, пока я не вернусь, и никого не пускать к халифу.

Я вышел, и люди, встретив меня, спросили, как повелитель верующих. Я ответил: «Он никогда не был таким спокойным, как сейчас…» Они сказали: «Хвала Аллаху». Потом я послал к Ка‘бу ибн Хамизу, начальнику стражи. Он собрал членов семьи повелителя верующих в мечети Дабика. Я сказал: «Присягайте тому, чьё имя упомянуто в послании повелителя верующих». Они сказали: «Но мы уже присягнули один раз! Мы что, должны присягнуть ещё раз?» Я сказал: «Это веление повелителя верующих. Присягайте так, как он велел, тому, чьё имя упомянуто в этом запечатанном послании». И они присягнули один за другим. Увидев, что присяга окончена, я сказал: «Поистине, ваш товарищ умер. И поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся». И я зачитал им послание, и когда я упомянул имя ‘Умара ибн ‘Абд-аль-‘Азиза, Хишам ибн ‘Абд-аль-Малик воскликнул: «Мы никогда не станем присягать ему!» Я сказал: «Тогда я, клянусь Аллахом, отрублю тебе голову! Встань и присягни». Он нехотя поднялся. Дойдя до ‘Умара, он сказал: «Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся». Он сказал это потому, что власть перешла к ‘Умару, а не к братьям покойного халифа — сыновьям ‘Абд-аль-Малика. ‘Умар сказал: «Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся». Он произнёс эти слова, потому что власть перешла к нему, несмотря на то, что он не хотел этого.

Это была присяга, посредством которой Аллах вернул исламу его юность и возвысил Свою религию.

* * *

Блажен халиф мусульман Сулейман ибн ‘Абд-аль-Малик. Он очистил совесть свою перед Аллахом, назначив своим преемником праведного человека. И блажен его искренний помощник — Раджа’ ибн Хайва. Он был чистосердечен по отношению к Аллаху, Его Посланнику и предводителям мусульман. И да вознаградит Аллах благом его праведное окружение. Через сияние их мнения наилучшие из обладателей власти, которым Аллах оказывал содействие, находят правильный путь…